— Общих денег больше нет, — констатировала она факт. — Ты сам от них избавился. Перевел их своей семье. Помнишь?
Она встала, подошла к нему вплотную и посмотрела прямо в глаза.
— Всё, доступ к моим деньгам закрыт. Навсегда.
Раздался оглушительный вопль Лидии Петровны, но Алексей его уже не слышал. Перед его глазами стояла лишь белая, холодная маска лица жены и красные буквы на экране телефона: «Недостаточно средств».
Он резко развернулся, схватил с вешалки первую попавшуюся куртку и, не глядя ни на кого, выбежал из квартиры. Ему нужно было на воздух. Он задыхался.
Алексей вернулся через час. Он прошелся по холодным улицам, пытаясь остыть и привести мысли в порядок. В голове стучало: «Недостаточно средств. Доступ закрыт». Он злился на Марину, на ее холодность, ее жестокость. К моменту, когда он с силой толкнул входную дверь, гнев вновь вытеснил страх.
В прихожей пахло борщом. Лидия Петровна, услышав его, выскочила из кухни с испуганным и одновременно торжествующим лицом.
— Сыночек, наконец-то! Я уже места себе не находила! Представляешь, что она тут устроила? Совсем обнаглела! Теперь ты с ней разберешься по-мужски!
Алексей молча сбросил куртку и прошел в зал. Марина сидела на диване, одна. В руках она держала ту самую папку. На столе перед ней лежали разложенные аккуратной стопкой документы. Она ждала его.
— Ну, — хрипло начал он, останавливаясь посреди комнаты. — Ты совсем с катушек съехала? Это что за цирк? Немедленно верни все как было! Маме нужны деньги на лечение!
Марина медленно подняла на него глаза. В них не было ни страха, ни злости. Была лишь усталая, бесповоротная решимость.
— Какое лечение, Алексей? — спросила она тихо. — У твоей матери печень болит только тогда, когда твоему брату срочно нужны деньги.
— Как ты смеешь! — взревел он. — Ты вообще в себе? Ты мою мать обвиняешь в обмане? Это ты нас обманывала все это время! Ты исподтишка готовила какую-то пакость!
— Я готовилась к тому, к чему ты сам меня толкал все эти годы, — ее голос был ровным, но каждое слово било точно в цель. — К тому дню, когда ты в очередной раз предпочтешь свою маму и своего бестолкового брата мне и своей дочери. Этот день настал.
Она взяла с папки первый документ и положила его поверх стопки.
— Это выписка по счету. Ты перевел триста тысяч рублей Сергею. Без моего ведома. Без моего согласия. Это была моя премия. Наши общие деньги.
— Я имею право! — крикнул он, но в его крике уже слышалась неуверенность. — Я мужчина! Я глава семьи!
— Глава семьи? — в ее голосе впервые прорвалась горькая насмешка. — Глава семьи, который боится собственной матери? Который по первому ее щелчку бежит исполнять любую прихоть? Который никогда не защитил свою жену от ее оскорблений? Ты не глава семьи, Алексей. Ты — послушный сынок. И сегодня ты получил счет за свое послушание.
Она взяла следующий документ.
