— А мама твоя тебе мужа или врага нашла? — перебила подруга. — Она тебе всю жизнь вбивала, что ты принцесса, а он тебе не пара! И где теперь эта мама? Рестораны посещает с твоим братцем, а ты тут одна на картошке сидишь! Ты очнись!
Слова Ольги были как удар хлыстом. Они не оставляли места для иллюзий. Марина сидела в тишине, и до нее наконец-то стало доходить. Она променяла тихое, но надежное плечо мужа на призрачное одобрение матери, которое в трудную минуту оказалось пустым звуком.
На следующий день ей нужно было отнести документы в банк, чтобы запросить отсрочку по платежу. Подходя к зданию, она замерла. У входа, разговаривая по телефону, стоял Алексей.
Он выглядел… по-другому. Не помолодевшим, нет. Но собранным. Плечи были расправлены, взгляд уверенным. На нем была та же старая куртка, но она висела на нем как-то иначе. Он что-то спокойно говорил в трубку, улыбнулся, кивнул и положил телефон в карман.
Их взгляды встретились. Марина увидела в его глазах не злость, не обиду. Лишь легкое удивление и ту самую ледяную вежливость, которая разделяла их теперь пропастью.
— Марина, — кивнул он.
— Леша… — ее голос сорвался. — Ты тут?
— Да, по делу. В соседнем отделении.
Он посмотрел на нее, на ее осунувшееся лицо, на потухшие глаза. В его взгляде на секунду мелькнуло что-то похожее на жалость, но он тут же отвел глаза.
И он прошел мимо. Не грубо, не зло. Просто как мимо незнакомого человека.
Марина осталась стоять на ветру, глядя ему вслед. Она вдруг с ужасом осознала, что он ушел не только из квартиры. Он ушел от нее. И в его новой жизни, судя по всему, не было места для той боли, которую она ему причинила. А ее новая «независимость» оказалась самой дорогой и одинокой ценой, которую она когда-либо платила.
Прошло два месяца. Два месяца тикающих часов в пустой квартире, подработок до полуночи и молчаливых ужинов на одного. Марина научилась экономить на еде, отключила кабельное телевидение и перестала покупать новую одежду. Ее «независимость» пахла лапшой быстрого приготовления и пылью на полках в спальне.
Однажды, просматривая почту, она нашла конверт без обратного адреса. Внутри лежало официальное письмо. «Уведомление о явке в суд для рассмотрения заявления о расторжении брака». Сердце упало и замерло. Она знала, что это произойдет, но вид официальной бумаги вызвал физическую боль.
Это был последний толчок. Гордость, обида, страх — все смешалось и уступило место одному простому и ясному чувству: она не может позволить всему закончиться вот так, на листе казенной бумаги.
Она набрала его номер. Руки дрожали.
— Алло, — его голос был спокойным, как всегда в последнее время.
— Леша, это я. Получила твое письмо.
— Мы можем встретиться? Поговорить? Без… без гостей.
Они встретились в маленьком сквере недалеко от их дома. Раньше они часто гуляли здесь по вечерам. Алексей пришел вовремя. Он выглядел подтянутым, даже немного загоревшим.
Они сели на скамейку. Между ними лежала невидимая преграда.
