— Сложный объект, — стараясь сохранить спокойный тон, ответил Алексей. — Чертежи постоянно согласовывают, технические условия меняют.
— Понимаю, понимаю, — с деланным сочувствием кивнул Игорь. — Бюрократия. А у меня вот на прошлой неделе новый контракт подписал. Поставка оборудования. Дело на пару месяцев, но прибыль… — он многозначительно посмотрел на Катю, — очень даже приличная. Сразу на море поеду, в Турцию, отдохнуть надо после таких напрягов.
Людмила Петровна всплеснула руками.
— Игорушка, да ты просто герой! Не то что некоторые, — она бросила выразительный взгляд в сторону Алексея. — Кто на даче клубнику полоть будет, а кто — на море загорать. Чувствуешь разницу, Марин?
Марина, сидевшая с напряженным лицом, потупила взгляд. Она играла вилкой в салате, не в силах ничего сказать.
— Ну, мам, не всем же бизнесменами быть, — вступилась Катя, но в ее голосе слышалось скорее снисхождение. — Кому-то и на государственной службе работать. Стабильно, хоть и небогато.
— Стабильная бедность — это не стабильность, Катюш, это застой, — философски изрек Игорь. — Вот возьми ипотеку. Ты ее еще на сколько лет брала, Леха? Лет двадцать, кажется?
Алексей почувствовал, как по его спине пробежали мурашки. Он посмотрел на Марину, надеясь на поддержку, но та упорно смотрела в тарелку.
— На пятнадцать, — тихо поправил он.
— На пятнадцать! — с притворным ужасом повторил Игорь. — Ну, ничего, к пенсии как раз расчитаешься. Главное, чтобы работу не потерял. А то с такими-то темпами…
Он не договорил, но все поняли. Алексей сжал под столом кулаки. Ему хотелось врезать этому самодовольному лицу, крикнуть, что он строит реальные вещи, а не перепродает чужое железо с накруткой. Но он молчал. Молчал, потому что знал — любой его протест выльется в еще больший скандал, а Марина снова будет на стороне родных.
Людмила Петровна, видя его молчание, решила добить.
— Да, Алексей, тебе бы поучиться у Игоря целеустремленности. Мужик должен семью обеспечивать, а не на жену надеяться. Марина-то у меня золото, две работы тягает, а ты… Ты что?
В комнате повисла тяжелая, гнетущая пауза. Было слышно, как за стеной включился лифт. Алексей видел, как плечи Марины напряглись еще сильнее. Он понимал, что это лишь начало. И самое страшное было еще впереди.
Алексей сидел, отрезанный от общего разговора, будто стеклянной стеной. Он механически перекладывал еду на тарелке, чувствуя, как жар от унижения медленно поднимается от шеи к лицу. Он поймал себя на мысли, что считает узоры на скатерти, лишь бы не встречаться ни с чьим взглядом.
Игорь, тем временем, разошёлся не на шутку. Он достал телефон и начал показывать фотографии с новой машины.
— Салон, понимаешь, кожаный, полный комплект дополнительных функций. Каждую мелочь можно настроить под себя, — он с гордостью водил пальцем по экрану, поднося его то к Кате, то к матери.
Людмила Петровна ахала, как будто видела космический корабль.
— Красота-то какая! Игорушка, ты просто царь! Совсем другая жизнь.
