— Паш, я… — Наташа повернулась и почувствовала, как горло сжимает ком. — Я не успела. Соня всю ночь температурила, я с ней до утра не спала.
Павел нахмурился, его тёмные брови сошлись на переносице. Он выглядел так, будто собирался сказать что-то ещё, но вместо этого лишь покачал головой и вышел из кухни, хлопнув дверью.
Наташа замерла. Пальцы дрожали. В груди нарастала тяжесть — смесь усталости, обиды и чего-то ещё, чему она пока не могла дать названия. За окном уже смеркалось, и в их небольшой квартире на окраине города было тихо, только из детской доносилось лёгкое дыхание Сони — дочке наконец удалось уснуть после дня капризов и лекарств.
Три часа назад родственники Павла — его тётя Галина, двоюродный брат Стас с женой Леной и их сыном — уехали, оставив за собой пустые тарелки с крошками от магазинного печенья и недопитые чашки чая. Наташа ждала этого дня с тревогой всю неделю, но не потому, что не любила гостей. Просто она знала, каким важным для Павла было произвести впечатление на родню. Он вырос в большой семье, где стол всегда ломился от угощений, а хозяйку дома судили по её кулинарным талантам. И вот сегодня, впервые за их пять лет брака, Наташа не смогла соответствовать этим ожиданиям.
Наташа присела на стул. В голове крутились обрывки разговоров за столом. Тётя Галина, с её громким голосом и привычкой перебивать, то и дело вспоминала, как «в их время» женщины умудрялись и детей растить, и на стол накрывать, и мужей ублажать. Стас шутил, что у Павла теперь «холостяцкая жизнь», раз на столе только чай с печеньем. Лена, его жена, молчала, но её взгляд, скользнувший по Наташе, был полон сочувствия. Или ей это показалось?
— Ты могла хотя бы позвонить мне, — Павел вернулся в кухню, держа в руке телефон. — Я бы заехал в кулинарию, купил что-нибудь.
— Когда, Паш? — Наташа подняла на него усталые глаза. — Когда я сидела с градусником у Сони? Или когда бегала в аптеку за сиропом?
— Не начинай, — он махнул рукой, словно отгоняя её слова. — Ты знала, что они приедут. Могла заранее подготовиться.
— Подготовиться? — её голос дрогнул. — Я три ночи не спала, потому что у ребёнка жар! А ты где был? На работе, как всегда.
Павел открыл было рот, но тут из детской послышался слабый плач. Наташа вскочила, бросив полотенце на стол, и поспешила к дочке. Соня лежала в кроватке, её щёки всё ещё были красными от температуры. Наташа присела рядом, поглаживая малышку по голове.
— Мам, водички, — прошептала Соня, не открывая глаз.
— Сейчас, солнышко, — Наташа налила воды из бутылки, стоявшей на тумбочке, и помогла дочке сделать пару глотков.
Когда она вернулась в кухню, Павел уже сидел за столом, уставившись в телефон. Напряжение между ними повисло в воздухе, густое, как туман.
— Паш, — тихо начала Наташа, — я правда старалась. Но Соня… я не могла её оставить.
