— Сначала удивилась, — Павел усмехнулся. — Сказала, что в её время такого не было, чтобы гости с собой еду тащили. Но потом согласилась. Сказала, что напечёт пирогов и привезёт, если мы позовём.
Наташа почувствовала, как напряжение в груди потихоньку отпускает. Это был маленький шаг, но важный. Впервые кто-то из родни Павла не просто согласился с их условиями, а предложил помощь.
— А ещё, — продолжил Павел, — я подумал, что мы могли бы устроить что-то вроде семейного ужина. Но не у нас, а, например, в кафе. Чтобы никто не готовил, не убирал, а просто посидели вместе. Как тебе идея?
— Это… — Наташа задумалась. — Это правда хорошая идея. Только давай сначала сами разберёмся, чего мы хотим. А то я пока не готова к новым посиделкам.
— Договорились, — Павел протянул руку через стол и сжал её ладонь. — Мы вместе, Наташ. И я не хочу, чтобы ты снова чувствовала себя одной против всех.
Она кивнула, чувствуя, как слёзы подступают к глазам. Но на этот раз это были не слёзы обиды, а что-то другое — облегчение, надежда, вера в то, что они смогут всё исправить.
Через неделю тётя Галина позвонила. Наташа, увидев её номер на экране, напряглась, но всё же ответила.
— Наташенька, здравствуй, — голос тёти Галины был мягче, чем обычно. — Как Сонечка? Поправилась?
— Здравствуйте, тёть Галь, — Наташа старалась говорить спокойно. — Соня в порядке, уже в садик ходит. Спасибо, что спрашиваете.
— Это хорошо, — тётя Галина помолчала. — Слушай, я тут подумала… Может, я зря тогда с Лидой нагрянула? Понимаю, что не вовремя. Хочу загладить вину. Не против, если я в субботу заеду? С пирогами, конечно. И с Леной, она тоже хочет Соню повидать.
Наташа посмотрела на Павла, который как раз вошёл в комнату. Он вопросительно поднял брови, и она включила громкую связь.
— Тёть Галь, — сказала она, — мы будем рады, но давайте договоримся заранее. И. если можно, не сюрпризом. Нам правда нужно время, чтобы подготовиться.
— Конечно, Наташенька, — тётя Галина, к удивлению, не спорила. — Я позвоню за пару дней, хорошо? И скажи, что Сонечке приготовить — она же у нас сладкоежка.
Наташа улыбнулась, чувствуя, как последние сомнения начинают таять.
— Хорошо, тёть Галь. Она любит ваши пирожки с вишней.
— Тогда с вишней! — тётя Галина рассмеялась. — И ещё я компот сварю, как ты любишь. Договорились?
— Договорились, — ответила Наташа, и в её голосе впервые за долгое время не было напряжения.
Когда она положила трубку, Павел подошёл и обнял её сзади.
— Видишь? — шепнул он. — Они могут быть нормальными, если мы сами задаём правила.
— Может, и так, — Наташа повернулась к нему, улыбаясь. — Но я всё равно буду держать ухо востро.
В субботу тётя Галина приехала, как обещала, с Леной и огромной корзиной, полной пирогов, компота и даже домашнего варенья. Впервые за долгое время Наташа не чувствовала себя обязанной готовить или суетиться. Они с Павлом накрыли стол вместе — он нарезал овощи для салата, она поставила чайник. Соня, счастливая от внимания, носилась по квартире, показывая свои рисунки.
