Через десять минут в квартире осталась только она. Воздух был прокуренный, пах шампунем чужой женщины и какой-то китайской лапшой. На диване — залитое пивом покрывало. Но было тихо. По-настоящему.
Она открыла окна. Долго мыла пол. Оттирала жир, стирала плед, выбрасывала пустые бутылки. Работала молча, не злясь и не плача.
К вечеру заварила себе чай, села на кухне. Под ногами — вымытый линолеум, на столе — бабушкина книга рецептов. За окном — синий закат.
Она включила лампу и открыла первую страницу:
«Пирог творожный. Ваниль, мука, терпение.»
Теперь здесь будет по-другому.
