Лена молчала, переваривая слова подруги. Уехать? Это звучало так радикально, но в то же время… Она вспомнила, как Мишка смотрел на неё вчера, спрашивая, поедет ли папа. Вспомнила, как Соня обнимала её перед сном, шепча: «Мам, я хочу на море».
— Может, ты права, — наконец сказала она. — Но я боюсь, что это только всё усугубит.
— А хуже уже куда? — Наташа хмыкнула. — Лен, ты уже на грани. Если он не поймёт сейчас, то когда?
Разговор прервался, потому что в дверь позвонили. Лена удивилась — она никого не ждала. Открыв дверь, она замерла: на пороге стояла Раиса Петровна с большим пакетом в руках.
— Лена, здравствуй, — свекровь улыбнулась, но в её улыбке было что-то натянутое. — Я тут пирогов напекла. Для детей. Можно войти?
Лена отступила в сторону, чувствуя, как внутри всё сжимается. Она не была готова к этому визиту.
— Конечно, — выдавила она, стараясь не показать, как её трясёт.
Раиса Петровна прошла в кухню, поставила пакет на стол и начала выкладывать контейнеры с пирогами. Запах свежей выпечки заполнил комнату, но Лена не чувствовала ничего, кроме напряжения.
— Сережа сказал, что вы на море едете, — начала свекровь, не глядя на Лену. — Это хорошо. Детям полезно.
— Да, — коротко ответила Лена, скрестив руки. — Если всё получится.
Раиса Петровна подняла глаза, и в её взгляде мелькнуло что-то странное — то ли обида, то ли смущение.
— Лен, я знаю, ты на меня злишься, — сказала она неожиданно мягко. — Из-за дачи. Из-за крыши. Но я же не нарочно. Просто дом старый, всё рушится…
— Раиса Петровна, — Лена перебила, её голос был твёрдым, — дело не в даче. Дело в том, что Сергей каждый раз выбирает вас. А мы — я, Мишка, Соня — остаёмся на втором месте.
Свекровь замерла, её губы дрогнули. Она явно не ожидала такой прямоты.
— Я не хочу, чтобы вы так думали, — сказала она наконец. — Сережа — мой единственный сын. Я просто… привыкла, что он всегда рядом.
— А я привыкла, что он мой муж, — Лена посмотрела ей прямо в глаза. — И отец моих детей.
В этот момент в кухню вбежала Соня, увидев бабушку, радостно завизжала:
Раиса Петровна тут же переключилась на внучку, обнимая её и смеясь. Лена смотрела на эту сцену, и в груди у неё боролись противоречивые чувства: любовь к детям, раздражение к свекрови и страх, что ничего не изменится.
К вечеру, когда Сергей вернулся с работы, Лена уже приняла решение. Она ждала его в гостиной, сидя на диване с кружкой остывшего чая. Дети спали, дом был тихим, и только тиканье часов на стене нарушало тишину.
— Лен, — Сергей сел рядом, его голос был осторожным. — Я говорил с мастером. Он сказал, что фундамент можно укрепить за неделю. Я подумал…
— Ты подумал, что поедешь? — Лена посмотрела на него, и её взгляд был холоднее льда.
— Нет, — он покачал головой. — Я сказал ему, чтобы искал другого заказчика. Мама может нанять рабочих. Я не поеду.
Лена замерла, не веря своим ушам.
— Серьёзно? — спросила она, и её голос дрогнул от надежды.
— Да, — Сергей взял её за руку. — Я хочу, чтобы мы поехали на море. Все вместе.
