Она не договорила, но Ирина поняла. Иначе — конец. Она допила кофе, вышла на улицу. Дождь кончился, асфальт блестел огнями. Домой. К нему.
Но на следующий день все изменилось. Андрей позвонил с работы — голос взволнованный.
— Ира, маме хуже. Давление подскочило, врач сказал: стресс. Она хочет домой. К нам.
Ирина замерла в лифте, с пакетами из магазина.
— Домой? Андрей, мы говорили…
— Знаю. Но всего на ночь. Пожалуйста.
Она закрыла глаза. Выбор. Опять. И в этот миг поняла: кульминация близко. Либо он услышит, либо… Она нажала кнопку вызова лифта заново. Время подумать.
Вечер принес новый шторм. Тамара Петровна приехала — бледная, с таблетками в кармане, — и Андрей встретил ее с объятиями. Ирина стояла в стороне, улыбаясь через силу.
— Проходите, — сказала она. — Я постель приготовлю.
Но внутри — буря. Когда свекровь уснула, она повернулась к мужу:
— Это последний раз. Выбирай: или мы ставим замок на границы, или… я ставлю точку.
Андрей смотрел на нее долго, и в его глазах мелькнуло что-то новое — страх потери.
— Я выбираю тебя, — прошептал он. — Но дай мне время.
Время. Сколько его нужно, чтобы трещина стала пропастью? Ирина не знала. Но утро принесло неожиданное: звонок от юриста — подруги Светы, которая шепотом рассказала о правах собственника. «Ты можешь требовать выселения. Даже родственника». Ирина положила трубку, глядя на спящего мужа. Выселение? Нет. Но урок — да.
Дни потекли, как река после дождя — бурно, но постепенно успокаиваясь. Тамара Петровна уехала на следующий день, с обещанием звонить реже, а Андрей… Андрей изменился. Он записался на курсы по психологии отношений — «Для нас», — сказал он, показывая распечатку. Ирина улыбнулась впервые искренне.
Но однажды, листая почту, она нашла письмо — от нотариуса. Наследство от дальнего родственника Андрея: квартира в центре, на двоих. «Решите, как делить», — гласило письмо. Ирина замерла. Делить? Или это новый тест?
— Андрей, смотри. Что думаем?
Он подошел, прочитал, улыбнулся.
— Наша. Вместе решим.
Впервые — вместе. Но в глубине души Ирина знала: настоящая кульминация впереди. Когда «наша» станет испытанием…
Андрей подошел ближе, его взгляд скользнул по письму, лежащему на столе — обычный белый конверт с печатью нотариуса, который казался таким невинным, а внутри таил новую бурю. Он взял документ в руки, развернул аккуратно, пробежал глазами по строчкам: адрес в самом сердце Москвы, трехкомнатная квартира в сталинском доме с высокими потолками и видом на Кремль, унаследованная от дяди, которого ни Ирина, ни он толком не знали. «На равных долях», — гласили строки. Равных. Это слово эхом отозвалось в комнате, полной вечернего полумрака, где лампа на столе отбрасывала теплый свет на стопки бумаг Ирины — отчеты, контракты, ее мир, где все было выверено и под контролем.
