Елена отключила телефон и легла на кровать, не раздеваясь. В голове крутились обрывки разговоров, цифры, даты. Что-то было не так с этим завещанием. И если Алексей действительно её обманывает, то она должна это выяснить.
Не для денег — для правды.
Утром Елена проснулась с ясной головой и твёрдым решением. Первым делом позвонила Галине.
— Галь, мне нужен адвокат. Хороший, который разбирается в наследственных делах.
— Лена, что случилось? Ты же вчера говорила…
— Галь, мне нужен адвокат. Хороший, который разбирается в наследственных делах.
— Лена, что случилось? Ты же вчера говорила…
— Вчера я ещё сомневалась. А сегодня поняла — Алёшка меня обманывает. И если он способен на обман в таких вещах, то способен и на большее.
— У меня есть знакомая, Ирина Викторовна. Работает в областном центре, специализируется как раз на семейных спорах. Хочешь, дам телефон?
Ирина Викторовна приняла Елену в тот же день. Небольшой кабинет на третьем этаже старого здания, книжные полки до потолка, на столе стопки папок и кофейные кружки.
— Садитесь, рассказывайте, — сказала адвокат, женщина лет сорока пяти с внимательными глазами.
Елена рассказала всё — про письмо от нотариуса, про странности с подписью, про ложь брата. Ирина Викторовна слушала молча, изредка делая пометки в блокноте.
— Понятно. Первое, что нужно сделать — заказать почерковедческую экспертизу. Если подпись действительно поддельная, это станет основанием для признания завещания недействительным.
— А если экспертиза покажет, что подпись настоящая?
— Тогда будем искать другие нарушения. Недееспособность завещателя, принуждение, неправильное оформление… Вариантов много. Но скажу честно — без серьёзных оснований суд наследство не пересмотрит.
— А сколько это будет стоить?
Ирина Викторовна назвала сумму. Не маленькую, но и не запредельную.
— Елена Михайловна, я должна вас предупредить — семейные споры это всегда болезненно. Вы готовы поссориться с братом, возможно, навсегда?
— Если он меня обманывает — мы уже поссорились. Просто я пока этого не понимала.
— Хорошо. Тогда составим заявление в суд и подадим запрос на экспертизу. А пока поговорите со свидетелями завещания. Узнайте, что они помнят об обстоятельствах его составления.
Выходя от адвоката, Елена чувствовала странную смесь решимости и страха. Она делала шаг, после которого пути назад уже не будет. Либо докажет правоту и восстановит справедливость, либо окончательно испортит отношения с единственным близким родственником.
Но выбора, кажется, у неё больше не было.
Первый свидетель, Иван Петрович Кузнецов, жил в том же районе, что и отец. Оказался мужчиной лет шестидесяти, приветливым и разговорчивым.
— Михаила Васильевича? Конечно, помню! Хороший был сосед. А вы, стало быть, дочка его?
— Да. Скажите, вы действительно присутствовали при составлении завещания?
Иван Петрович почесал затылок.
