— Просто проезжал мимо и согласился подвезти Лидию Аркадьевну. Хотя, должен признать, давно хотел увидеть эту дачу. О ней так много говорили в последнее время.
— Кто говорил?
— Разные люди, Татьяна… простите, не знаю вашего отчества.
— Сергеевна.
— Татьяна Сергеевна. Знаете, в моей профессии приходится иметь дело с разными ситуациями… семейными спорами, наследственными делами. Иногда лучше решать такие вопросы заранее, чтобы потом не было… недоразумений.
Он достал из внутреннего кармана пиджака визитку и протянул мне.
— Если вдруг понадобится моя консультация — звоните в любое время.
Когда я вернулась в дом, Павел мыл посуду, а свекровь разговаривала с кем-то по телефону на веранде. Увидев меня, она поспешно закончила разговор.
— О чём вы говорили с Аркадием Валентиновичем? — спросила она, стараясь придать голосу непринужденность.
— О погоде. О видах на урожай. О правилах наследования недвижимости, — последнее я добавила специально, наблюдая за её реакцией.
Лидия Аркадьевна на мгновение замерла, потом натянуто улыбнулась.
— Какие глупости. Какое наследование? Все живы-здоровы, слава богу.
Вечером, когда свекровь уехала (нотариус, как выяснилось, действительно «проезжал мимо» и не мог её забрать), я решила отменить план с исчезновением. Ситуация усложнилась — появление нотариуса говорило о том, что Лидия Аркадьевна готовит что-то серьёзное.
Мне нужно было найти те документы, которые я видела в шкатулке, чтобы показать их адвокату. Подождав, пока Павел заснёт, я на цыпочках прошла в гостевую комнату, где всегда останавливалась свекровь, и начала поиски.
Шкатулки из карельской берёзы на привычном месте не оказалось. Я методично обыскала комод, прикроватную тумбочку, даже заглянула под кровать. Нигде. Словно документы испарились вместе со шкатулкой.
На следующее утро я позвонила Марине.
— Я в полной задни… в сложной ситуации, Мариш. Теперь в игру вступил какой-то нотариус, и документы исчезли. Похоже, свекровь что-то заподозрила.
— А ты чего хотела? Думаешь, она дурочка? Небось почуяла, что ты что-то замышляешь. У таких, как она, нюх на подвохи, как у сапёрной собаки на мины.
— Что мне делать?
— Может, попробовать поговорить с мужем? Ну, знаешь, как взрослые люди — словами через рот?
Иногда самые очевидные решения приходят к нам от людей, которые смотрят на ситуацию со стороны
Вечером я решилась на разговор с Павлом. Он сидел на веранде с ноутбуком, работая над каким-то проектом.
— Нам надо поговорить, — начала я, внутренне готовясь к тяжёлому разговору.
— Конечно, Танюш. Что-то случилось?
— Ты знаешь, что твоя мама оформила завещание на нашу дачу? На себя?
Павел посмотрел на меня с удивлением, которое казалось искренним.
— Что за бред? Какое завещание?
— Я видела документы, Паш. В шкатулке из карельской берёзы. Недавно. Нотариально заверенные бумаги, по которым эта дача фактически принадлежит твоей матери.
Он отложил ноутбук, его лицо стало серьёзным.
— Танюш, это какая-то ошибка. Мама бы никогда…
