В последующие недели я почти переселилась в офис. Агентство продолжало работать в обычном режиме, и только несколько человек знали, что никакого настоящего финансового обвала нет. Для остальных я оставалась просто собранной руководительницей, которая закрывает текущие задачи, проводит встречи, подписывает документы и просит не отвлекать её без необходимости.
В один из таких дней в дверь моего кабинета негромко постучали. Я подняла голову от ноутбука и увидела на пороге Артёма Соболева — владельца IT-стартапа, с которым мы пару раз пересекались на конференциях. Высокий, немного нескладный, с постоянно растрёпанными волосами и очками, которые он то терял, то находил в самых странных местах.
— Марина? Привет, — сказал он без долгих вступлений. — Слышал, у тебя сейчас непростой период.
— Новости у нас расходятся быстро, — усмехнулась я. — Но не переживай, на работе это не скажется.
— Я вообще не об этом, — отмахнулся Артём. — Я пришёл предложить тебе партнёрство. Мы запускаем новый проект — платформу для микроинфлюенсеров. Нужен человек, который действительно понимает продвижение, рынок и работу с авторами. Ты подходишь идеально.
Я посмотрела на него настороженно.
— Ты в курсе, что я развожусь и вокруг меня сейчас слишком много проблем?
— Знаю.
— Но семейная буря меня не пугает, — спокойно продолжил Артём. — Мне нужен не безупречный человек с идеальной биографией, а сильный специалист. Тот, кто умеет выстраивать продвижение, чувствует рынок и понимает авторов. Поэтому предлагаю тебе войти в проект как партнёр.
Наверное, именно в такие секунды жизнь вдруг разворачивается другой стороной и показывает: рядом могут быть не только те, кто привык пользоваться тобой, как удобным ресурсом. Бывают люди, которые замечают в тебе не кошелёк, не функцию, не обязанность, а профессионала и личность.
Я протянула ему руку. И, кажется, впервые за очень долгое время улыбнулась по-настоящему.
Заседание назначили на середину ноября. Утро выдалось типично осенним: низкое тяжёлое небо, сырой ветер, блестящий от дождя асфальт и деревья с чёрными голыми ветками. Мы с Ольгой приехали к суду заранее, минут за тридцать. На мне было лаконичное чёрное платье, почти незаметный макияж и та самая осанка, которую я научилась держать, когда внутри всё разваливалось. Вместо броши с камерой на лацкане была обычная тонкая булавка — скорее для собственного спокойствия. Ольга уверяла, что всё важное уже приобщено к материалам дела.
Сергей и Тамара Ивановна обнаружились в холле. Свекровь выглядела так, будто пришла не на судебное заседание, а на премьеру в театр: новая шляпка, нарочито торжественное выражение лица и маленькая сумочка, которую она с важностью называла «ридикюлем». Сергей надел тот самый костюм и рубашку, которые я покупала ему для собеседования, так и не состоявшегося. Весь его вид кричал: «Посмотрите на меня, я несчастная жертва».
— Ну что, доигралась? — процедила Тамара Ивановна вместо приветствия. — Сейчас всё станет на свои места. Женщина должна помнить, где её место.
